Сцена одного театра
Posted by admin | Posted in Культура | Posted on 02-09-2010
Конечно, надеясь! Хоть и известно, что он был не слишком пристрастен ко всякого рода призывам и морализации, призыв к гуманности нельзя не расслышать за грохотом боев в хрониках. Как и за историями Гамлета, Лира, Отелло, Ромео и Джульетты. Призыв к гуманности, к познанию самих себя, своей природы и истории.
Вот к какому Шекспиру мы приехали в Англию.
«Дания – тюрьма», – говорит Гамлет.
И потому на сцене одного театра воздвигались мрачные бастионы и гробницы, а на сцене другого – гигантские ворота. С колосников спускалась железная решетка, и принц читал «быть или не быть», держась за ее прутья и потрясая их, как прутья клетки. Так было в пору начавшегося оживления нашей режиссерской мысли.
И в кино для фильма «Гамлет» искались средневековые развалины, строились мрачные стены и башни, а хрупкое тело Офелии (на экране) сковывали грубым железным корсетом. Чтобы наглядно и символически было ясно: Дания – тюрьма.
Дания – тюрьма? Но нет ни толстой кладки стен, ни ворот, ни решеток. Все очень красиво: золотое ломкое платье Офелии, серебряное – у королевы, троны, обтянутые алой кожей, тусклый отлив меди на крестах и коронах, мягкая кожа костюмов, подсвечники в человеческий рост, игра линий в полированном дереве, пурпурные и серые мантии бродячих актеров, наивно-игрушечная форма их тележки-театра… Кожа, дерево, металл, шерсть – все это в прекрасных цветовых, световых, фактурных сочетаниях, как на лучшей из лучших выставок прибалтийского прикладного искусства. Сценическая одежда «Гамлета» в Эстонском Молодежном театре празднична и элегантна.


