Владблог.Ruновости простым языком

Цитату можно и продолжить – и дальше она будет словно описанием Иванова – Смоктуновского. Между тем это не Иванов, а Иван Дмитрич Громов, обитатель «Палаты № 6», пораженный той же, распространенной в былые времена на Руси болезнью – совестью пополам с безволием.

Чехов, оказывается, продолжил своего «Иванова» в «Палате № 6». «Вы умны, благородны, с молоком матери всосали благие порывы, но едва вступили в жизнь, как утомились… Слабы, слабы!» – горестно восклицает, глядя на Громова, доктор Андрей Ефимыч. Восклицает, впрочем, сидя уже на такой же больничной койке.

Иванов «отклонился от нормы» и стал предметом всеобщего враждебного интереса и нечистых подозрений. «Когда люди вдруг обратят на вас внимание, то знайте, что вы попали в заколдованный круг, из которого уже не выйдете… Сдавайтесь, потому что никакие нечеловеческие усилия уже не спасут вас»,- говорит доктор Андрей Ефимыч.

Смоктуновский сыграл и этот заколдованный круг в душе, и нечеловеческие усилия вырваться, и то, как человек сдался.

Самоубийство Иванова одни толковали как подвиг, другие – как высшую меру наказания самому себе. Смоктуновский играет проще – как конец. Он, собственно, весь спектакль играет так – к а к конец жизни. Это игра ровная, в ней нет обычного театрального нарастания и подъема. Внешнего развития нет, а внутреннее являет собой некую цепь пределов – кажется, вот он, предел, но нет, это не последний, еще один, еще, еще…

Чехов, как врач, знал, что обветшавшее и умирающее опутывает в человеке то, что еще живо. Совесть Иванова еще жива. Поэтому то порывисты, то заторможены все движения актера – они отражают движения внутренние, а те совершаются, так сказать, в присутствии совести. Молча смотрит он на протянутые Лебедевым деньги, молча рассматривает гостей, сидя в гуще толпы, стоящей вокруг и рядом, молча вглядывается в лицо Саши, слегка касаясь его пальцами. А перед смертью он может вдруг тихо засмеяться всеобщей перепалке, в центре которой оказался, и заметить не без юмора, коротко: «Не свадьба, а парламент!» И через минуту выстрелить в себя.