Владблог.Ruновости простым языком

Но ими повелевают молодые ребята, вчерашние школьники, которым, в лучшем случае, по двадцать.

В сценарии В. Ежова и Н. Акимова практически не было главных и неглавных героев, армейский взвод составлял некий коллективный портрет современного солдата. Туров из этого калейдоскопа вычленил, укрупнил три судьбы, которые могли представить как бы разные грани одного поколения. Властный, даже жестокий Валька Воронов, привыкший к беспрекословному подчинению окружающих, утонченный, но жизненно пассивный, слегка мягкотелый Сергей Кольцов, простодушный наделенный от природы безукоризненным нравственным чувством Иван Кукин,— эти герои приходят в армию, чтобы к концу «переплавиться» в ее горниле.

Летом 1925 года студия свыше ста раз показала «Вольницу» в клубе «Волховстроя» и совершила гастрольную поездку по Северо-Западной области, обслужив рабочих «Кондостроя», тружеников лесопильных заводов, онежских машиностроителей, горняков Кандалакши и мурманских портовиков.

Это был театр не только пролетарского актера, но и пролетарского зрителя. Весь его творческий путь связан с рабочими клубами, с проникновением в «глубинку» – в самые отдаленные районы, где до них ни один актер еще не побывал.

Вскоре «Театр пролетарского актера» стал одним из любимейших в рабочих клубах Ленинграда и Северо-Западной области.

Когда-то Рижский ТЮЗ привез в Москву на смотр детских театров спектакль «Эмиль и берлинские мальчишки». Он многое перевернул в сознании тюзовских режиссеров. Тогдашний руководитель театра Павел Хомский отважился на невероятную по тем временам вещь – роли детей дать школьникам. Это был намек на какую-то совершенно новую сценическую эстетику. Молодые лица без грима, без привычных мальчишеских париков. Совсем иная, живая театральность, иная подвижность. Все иное. И как ни сопротивлялся старый ТЮЗ, он с годами отступил – омолодился состав актеров в детских театрах.

Обычно актрисы демонстрировали в Софье ограниченность ума и чувства, полагая, видимо, что именно в этом ее причастность к миру Фамусова. Чацкий оказывался влюбленным в женщину заурядную, способную остановить внимание – единственно – красотой.

Доронина сыграла женщину не только красивую, но умную, страстную и своенравную. Не каприз, а властность, крутой характер – в этом она действительно дочь Фамусова. Но главное, Доронина сыграла женщину, которая, живя в пустоте и ощущая эту пустоту, старается ее заполнить.

Может быть, это глупость? Или прихоть? Поза? Упрямство? Наивность? Ощущая тяжесть своих обязанностей и своего долга, не понимая, что долг человеческий может быть совсем иным, Креон искренне считает, что Антигона выбрала самый легкий путь.

«Ответить «пет» легко»,-говорит Креон.

«Не всегда»,- отвечает Антигона.

Не всегда. Этот ответ несет в спектакле многое. Короткий отрезок жизни Антигоны, проходящей перед нами,- это постепенный, мучительный отказ человека от всего, что он любит.